«Афинская чума» была одной из первых эпидемий в мире, и теперь мы, возможно, знаем, что стало её причиной

В V веке до нашей эры Афины переживали свой Золотой век, пока загадочная болезнь не унесла жизни до 100 тысяч человек и не помогла Спарте переломить ход Пелопоннесской войны. Спустя две с половиной тысячи лет ученые составили медицинский профайлинг древней пандемии и назвали главных кандидатов на роль античного убийцы.

Все, что мы сегодня знаем об этой вспышке, дошло до нас благодаря древнегреческому историку Фукидиду. Он не просто задокументировал эпидемию, бушевавшую с 430 по 426 год до н.э., но и сам переболел ею, так что записывал симптомы, так сказать, из первых рук.

Поддержать нас на Boosty
Поддержать нас на Дзен

Картина вырисовывалась жуткая. Болезнь начиналась внезапно: резкий жар, воспаление глаз, горло наливалось кровью, появлялось зловонное дыхание. Затем возникали сильные спазмы, а тело покрывалось язвами. Людей мучило такое невыносимое чувство внутреннего жара, что они сбрасывали с себя одежду и пытались бросаться в колодцы с ледяной водой (при этом кожа на ощупь оставалась нормальной температуры). Тех, кто не погибал на седьмой или девятый день, добивала сильнейшая диарея.

Среди выживших многие лишались пальцев из-за гангрены, а некоторые теряли память настолько глубоко, что забывали собственные имена и не узнавали родных. Примечательно, что спартанские войска, которые в тот момент держали Афины в осаде за городскими стенами, зараза почему-то практически не тронула.

Чтобы выяснить, что именно убило знаменитого стратега Перикла и еще треть населения города, команда греческих анатомов и историков медицины разработала систему оценки. В своей новой статье они отобрали 17 инфекций — от Эболы и сибирской язвы до малярии и лихорадки денге — и «прогнали» их через 12 ключевых клинических признаков, описанных Фукидидом.

По баллам уверенно победил брюшной тиф. Он совпал с девятью из двенадцати критериев. Эта версия имеет и археологические подкрепления: ранее в зубах покойников из единственного массового захоронения жертв Афинской чумы действительно обнаруживали ДНК Salmonella Typhi (бактерии-возбудителя брюшного тифа).

Но есть серьезные нестыковки. Брюшной тиф передается преимущественно через грязную воду и пищу. Фукидид же прямо описывал стремительное заражение от человека к человеку, особенно среди ухаживающих за больными врачей. К тому же, при тифе относительно редко возникает обширная гангрена конечностей.

Следом в античном рейтинге смертности идут корь и менингококковая инфекция — они закрывают по 8 из 12 симптомов.

Однако исследователи предполагают, что античные врачи могли столкнуться не с одним патогеном, а с целой «бандой». Что, если это была эпидемия сыпного тифа, осложненная бубонной чумой? Или вспышка натуральной оспы, ударившая по городу одновременно с холерой? В условиях перенаселенного из-за осады города такой сценарий выглядит более чем логичным.

Согласно историческим хроникам, зараза проникла в афинский порт Пирей прямиком из Африки — проделав путь через Египет и Ливию. Поэтому авторы работы не исключают и экзотическую версию: эпидемию мог вызвать ныне вымерший аренавирус, родственный современной лихорадке Ласса. Оказавшись в гуще людей, он несколько лет терроризировал Афины, пока выжившие не сформировали коллективный иммунитет, после чего вирус навсегда исчез из человеческой популяции.

Пока у ученых нет подробных молекулярных анализов останков всех жертв, окончательный диагноз поставить невозможно. Тем не менее, теперь у историков есть научно обоснованный шорт-лист кандидатов. Афинская чума остается классическим примером того, как микробы легко переписывают историю целых цивилизаций, совершенно не интересуясь амбициями их правителей.

Поддержать нас на Boosty
Поддержать нас на Дзен