Долгие годы нейробиология считала наше сознание чем-то вроде побочного продукта работы мозга — красивым, но бесполезным интерфейсом, который не влияет на само «железо». Однако новая и весьма смелая концепция предлагает развернуть этот подход на 180 градусов: сознание может быть не только «выходом» (результатом работы нейронов), но и «входом». И у этого процесса даже есть физический след — измеримые всплески нейронного хаоса.
Разбираемся, как ученые пытаются вернуть нам свободу воли и при чем тут энтропия.
Содержание
Гудок, который не кипятит воду
Для начала немного контекста. Современная наука привыкла смотреть на сознание как на софт, который крутится на мокрой органической нейросети. Мы видим, как нейроны обмениваются электрическими импульсами, выделяют медиаторы, и в результате нам «каково-то» быть собой.
Мейнстримные теории — например, Теория интегрированной информации (IIT) или Теория глобального нейронного рабочего пространства (GNWT) — пытаются найти так называемые «корреляты сознания». Грубо говоря, они пытаются вычислить, какие зоны мозга загораются на фМРТ, когда вы осознанно думаете о красном яблоке, а не просто смотрите в стену.
Но у этих теорий есть концептуальная цена. В этой стройной картине мира сознание низводится до статуса эпифеномена. Это как гудок закипающего паровоза: гудок, конечно, есть, но сам по себе он поезд вперед не двигает. Если принять эту логику, мы просто биороботы. Нам лишь кажется, что мы принимаем решения, но с точки зрения строгой физики наше поведение полностью детерминировано химией мозга.
Теория иррупции: разум наносит ответный удар
Здесь на сцену выходит Том Фрёзе (Tom Froese), когнитивист и профессор Окинавского института науки и технологий (OIST). В своей недавно сформулированной «Теории иррупции» (Irruption Theory, от слова irrupt — вторгаться, прорываться) он заявляет: мозг не только генерирует сознание, но и само сознание способно оказывать причинно-следственное влияние на физическую динамику мозга.
Фрёзе опирается на энактивизм — подход, согласно которому разум не спрятан в черепной коробке, а возникает в процессе взаимодействия живого организма с миром. Согласно его теории, сознание выполняет эволюционно важную задачу: в моменты неопределенности оно привносит в работу когнитивной системы вариативность и новизну, заставляя мозг переходить в новые состояния, до которых тот бы не дошел «на автопилоте».
Проще говоря, когда вы действуете по привычке, работает голая физиология (те самые «гудки паровоза»). Но когда вы совершаете волевое усилие — например, мучительно принимаете сложное решение или всматриваетесь в темноту, пытаясь распознать опасность, — сознание буквально вторгается в работу нейронов.
Как потрогать сознание? Следы на песке энтропии
Самое интересное в теории Фрёзе то, что она фальсифицируема (то есть ее можно проверить экспериментально). Если нематериальный субъективный опыт действительно «трогает» физический мозг, он должен оставлять улики.
Ученый считает, что этим следом являются микросекундные всплески информационной энтропии мозга.
Концепция нейронной энтропии — не новость. Еще раньше нейробиолог Робин Кархарт-Харрис из Имперского колледжа Лондона предложил «Гипотезу энтропийного мозга». Он показал, что уровень непредсказуемости и хаотичности сигналов в мозге жестко привязан к нашему состоянию:
- В глубоком наркозе энтропия аномально низкая — мозг работает предсказуемо, как часы (мы при этом в отключке).
- В состоянии бодрствования она средняя.
- А вот под воздействием психоделиков или в глубокой фазе сна энтропия бьет рекорды — нейроны общаются в состоянии абсолютной творческой анархии.
Но Фрёзе идет дальше простой корреляции. Он утверждает, что моменты осознанного когнитивного усилия должны жестко совпадать с измеримыми острыми пиками нейронной энтропии. Этот «хаос» — не просто перегрев от усиленной работы. По словам Фрёзе, это информационные круги на воде, расходящиеся от точки, где сознание коснулось материи.
«Мы не можем напрямую увидеть, как сознание трогает физический мозг нашими научными инструментами, но мы можем наблюдать информационную рябь от его влияния — прямо как гравитационные волны, исходящие от черной дыры».
Подведем итог
Конечно, пока что это спекулятивный подход. Идея Фрёзе опасно заигрывает со сложными вопросами свободы воли и может показаться академическому сообществу легким возвращением к декартовскому дуализму (концепции «призрака в машине»). Автору наверняка придется отбиваться от обвинений в нарушении законов термодинамики — ведь если сознание меняет физику, откуда берется энергия на эти изменения?
Однако сам Фрёзе настаивает, что остается в рамках строгого научного натурализма. Сознание, по его мнению, это не мистическая субстанция, а неотъемлемое системное свойство живого организма.
Пока мейнстримная нейробиология пытается доказать, что вы — это просто очень сложный алгоритм, где на входе стимул, а на выходе — мысль, Теория иррупции предлагает вернуть нам немного субъектности. Мозг генерирует сознание, это факт. Но и сознание, судя по всему, способно «хакнуть» мозг в ответ.
Так что когда вы будете совершать над собой мучительное усилие, чтобы встать с кровати ради пробежки, помните: вы не просто ждете, пока ваши нейроны докинут кубики. Ваш разум в этот момент буквально наводит суету на клеточном уровне.
Читайте также: Если наука объяснит сознание, мир изменится навсегда: ведущие нейробиологи опубликовали манифест
Помочь донатом на Boosty.
Комментировать можно ниже в разделе “Добавить комментарий”.
